Мы используем файлы куки. Чтобы продолжать использовать сайт, прочтите и примите наши условия.
Принять

Александр Вибе: «Цифровые продукты Росатома позволят избавиться от монополии западных вендоров»

12 июля 2023
Компания «Русатом — Цифровые решения» (РЦР) входит в структуру Росатома в качестве торгового дома, который обеспечивает присутствие на рынке цифровых продуктов госкорпорации. Генеральный директор РЦР Александр Вибе рассказал о «цифровой истории» Росатома, импортозамещающем ПО и амбициях атомной отрасли в продвижении своих цифровых решений на российском и зарубежных рынках.
Несмотря на довольно долгую историю цифровизации Росатома, у аудитории часто возникает вопрос: почему атомная отрасль выступает игроком цифровой индустрии?

Этот вопрос задают часто. И здесь следует обратиться к середине шестидесятых годов прошлого века, когда начался переход от натурных испытаний ядерного оружия к их виртуальному моделированию. Это стало мощным толчком для развития в атомной отрасли направления математического моделирования, впоследствии — создания уникальной школы матмоделирования физических процессов и соответствующего инженерного ПО. Компетенции, накопленные за эти годы, позволяют нашим специалистам браться за задачи любого уровня сложности. Ведь Росатом — многопрофильный технологический холдинг, объединяющий более 350 предприятий, на которых работают более 330 тысяч человек, он имеет огромные внутренние потребности с точки зрения цифровых продуктов, решений и услуг. На рынке далеко не всегда есть то, что нам нужно, да еще готовое, отвечающее нашим серьезным требованиям качества и безопасности. Поэтому мы научились решать свои задачи собственными силами. И сегодня, когда мы понимаем, что наш внутренний цифровой продукт достиг уровня «рыночной зрелости», мы представляем его на рынке за пределами атомной отрасли. Акцентирую: на рынок выходит продукт, уже имеющий историю успешного применения на предприятиях атомной отрасли.
Еще напомню, что в 2018 году Росатом принял Единую цифровую стратегию, предполагающую многоплановую работу по ряду направлений, в том числе в области развития цифровизации нашей страны. Госкорпорация — центр компетенций федерального проекта «Цифровые технологии» нацпрограммы «Цифровая экономика РФ» и выступает компанией — лидером реализации правительственных «дорожных карт» по развитию высокотехнологичных областей «Новое индустриальное программное обеспечение» и «Квантовые вычисления». А это значит, что задача развития индустриальных цифровых решений возложена на нас государством. В 2021 году мы запустили первый российский проект по импортозамещению целого класса промышленного ПО — систем инженерного анализа и математического моделирования (САЕ-класс), а в 2022 году в нашу повестку вошла задача создания российской PLM-системы тяжелого класса.

В портфеле госкорпорации несколько десятков готовых цифровых продуктов. Что это за продукты? И что из этого Росатом готов предложить на внешний рынок, в том числе международный?

В нашем «цифровом» портфеле более 60 продуктов. 21 продукт мы активно предлагаем на российском рынке для предприятий целого спектра высокотехнологичных отраслей. Еще 40 — это готовые функциональные продукты, активно применяемые на предприятиях госкорпорации, и сейчас идет процесс их доработки для коммерческого рынка. Все наши продукты можно распределить по кластерам: наукоемкое моделирование и НИОКР; управление предприятием и производством; цифровая инфраструктура; информационная и физическая цифровая безопасность; проектирование и строительство; цифровизация городских сервисов и процессов.
Что касается зарубежных рынков — мы готовимся к активизации в целом ряде стран, которые хорошо знают Росатом по основному виду деятельности в области атомной энергетики. Выходим мы туда по четырем трекам. Первый — это наш флагманский продукт для математического моделирования «Логос». Уже есть заинтересованность в этом индустриальном ПО со стороны Белоруссии, Египта, Турции, Казахстана. Второй трек — центры обработки данных. Росатом развивает в России сеть катастрофоустойчивых ЦОДов, и мы очень хорошо умеем их проектировать, строить, эксплуатировать. Весь этот набор компетенций мы предлагаем зарубежным партнерам. Сейчас обсуждаем эту тему с представителя Армении. Очень перспективное развитие этой темы, на мой взгляд, — строительство микро-ЦОДов там, где мы предлагаем строить плавучие АЭС. Такие ЦОДы, или модульные центры, можно очень легко и быстро строить там, куда будет доставлена плавучая атомная станция. Третье наше международное направление связано с кибербезопасностью и физической безопасностью. По четвертому треку предложение состоит в заказной разработке цифровых продуктов или их доработке: в Росатоме работают несколько тысяч опытных IТ-специалистов мирового уровня, и мы готовы предложить экспорт этих компетенций.
Любой из предлагаемых нами продуктов — это элемент диверсификации разными странами политики в области использования индустриального ПО, что позволит им не быть зависимыми от монополии западных вендоров. В конечном счете это содействие цифровому суверенитету, в том числе наших зарубежных партнеров.

Почему именно эти 3 продукта – платформа «АтомМайнд», пакет «Логос» и САРУС.PLM – были представлены на ИННОПРОМ? Это наиболее востребованные или наиболее готовые для выхода на рынок продукты?

На ИННОПРОМ был представлен весь наш цифровой портфель. Но фокус, действительно, был на этих продуктах. Здесь нашим ориентиром стала востребованность продуктов промышленностью. Конечно, сегодня особое значение приобретают производственные технологии на основе искусственного интеллекта (ИИ). А наша система предиктивной аналитики «АтомМайнд» уже успешно работает в атомной отрасли: в настоящее время — на 4 предприятиях, а к концу 2024 года систему внедрят 12 предприятий топливного дивизиона. «АтомМайнд» осуществляет цифровизацию процессов управления и производства: она помогает перейти от плановых ремонтов к предиктивному обслуживанию, прогнозировать и предотвращать отказы оборудования. Система выстроена на основе ИИ, который поддерживает процессы принятия решений, предоставляя ключевым участникам процесса — от технолога до топ-менеджера — результаты обработки машинных данных и аналитику. Учитывая, что мы успешно применяем систему на реальных сложных высокотехнологичных производствах, на рынок мы вывели всесторонне апробированный продукт.

САЕ-система «Логос» уже известна многим. Она создана на основе наших многолетних разработок и сегодня применяется уже более чем на 120 предприятиях различных отраслей и в 45 университетах. А в 2022 году на «АтомЭкспо» мы представили международные версии программных модулей для экспорта в страны СНГ и ряд дружественных стран. Линейка «Логоса» состоит из пяти модулей: «Логос Аэро-Гидро» — для моделирования процессов в воздушной и водной средах, «Логос Тепло» — для оценки тепловых характеристик и режимов деталей и узлов, «Логос Прочность» — для решения статических и динамических прочностных задач, «Логос Гидрогеология» — для решения задач водного баланса территорий и моделирования экологических процессов в сложной геологической среде и «Логос Платформа» — для интеграции в единую платформу вычислительных модулей «Логос» и ПО класса САЕ от сторонних российских разработчиков. Кстати, два года назад, в 2021-м, именно на ИННОПРОМ Росатом выступил с инициативой объединения российских разработчиков этого класса ПО и был создан Консорциум российских разработчиков и потребителей CAD/САЕ-систем. На этой площадке развивается вычислительная платформа для моделирования, чтобы любой отечественный разработчик смог интегрировать либо фрагмент программного обеспечения, либо полноценный софт классов CAD и САЕ. Еще одна важная веха: мы приступаем к распространению «Логоса» через нашу дистрибьюторскую сеть, которую начали создавать несколько недель назад.
Что касается PLM-системы среднего класса «САРУС»: она предназначена для цифровизации жизненного цикла изделий — от проектирования до эксплуатации — в машиностроительной индустрии. Так называемой коммерческой упаковки у системы пока нет, но, на мой взгляд, это наиболее ожидаемый нашей промышленностью продукт с огромным рыночным потенциалом. Предприятиям, занимающимся производством изделий, содержащих несколько сот тысяч деталей, «САРУС» жизненно необходим. Отмечу, что продукт — полностью отечественное цифровое решение, не зависимое от зарубежных технологий. Система разработана на основе суверенного российского геометрического ядра RGK (Russian Geometric Kernel) для работы с 3D-объектами и интеграции с отечественными САПР. Система имеет два варианта исполнения: для коммерческого рынка и защищенное исполнение для предприятий ОПК, что тоже можно назвать важным преимуществом.

Вы сказали, что РЦР начал создавать собственную дистрибьюторскую сеть. Ограничитесь ли вы распространением только ПО от Росатома или в итоге планируется превратить компанию в некое подобие IТ-универсама и продавать также разработки от сторонних вендоров?

Мы начали формирование партнерской дистрибьюторской сети для реализации лицензий и самого ПО, которое разрабатывается в Росатоме. Ключевым направлением работы с партнерами будет не перепродажа нашего ПО — через дистрибьюторскую сеть мы намерены организовать систему интеграции и адаптации наших продуктов, их доработку по тем функциональным требованиям, которые будут выдвигать заказчики. Кроме того, мы хотим, чтобы партнеры взяли на себя часть техподдержки.
Исходя из этого, мы очень внимательно относимся к выбору партнеров. Рынок CAD/CAE довольно узкий, все знают друг друга «по именам и фамилиям», и мы в эту партнерскую сеть включаем только тех, у кого высшие компетенции, кто всегда работал с инженерным ПО, имеет большой опыт и наработку, в том числе на западном софте.
Что касается второй части вопроса, то тут буду категоричен: мы никогда и ни в коем случае не будем продавать чужую продукцию. Наша главная и единственная задача — продавать только цифровые продукты Росатома, за которые мы несем ответственность, понимаем, какой там РИД (результат интеллектуальной деятельности. — Прим. ред.), из чего он состоит, где мы понимаем всю техническую документацию вокруг самого продукта.

Насколько коммерчески эффективна деятельность Росатома как вендора? Какой прибыли удалось достичь в 2022 году и на какие показатели вы ориентируетесь в будущем?

Минувший год мы завершили удачно: цифровая выручка госкорпорации составила более 30 миллиардов рублей. Что касается горизонта 2024–2030 годов, то здесь планы у нас довольно амбициозные: мы планируем добиться почти десятикратного роста показателя. В новой редакции Единой цифровой стратегии, которую госкорпорация приняла в апреле, на 2030 год заложена выручка в 200–220 млрд рублей.
Однако под эффективностью цифрового бизнеса Росатома я понимаю не только прибыль, но и способность организовать для потребителя наших цифровых продуктов подход, который повысит темпы и качество внедрения отечественного индустриального ПО. Важно организовать процесс таким образом, чтобы цифровые продукты максимально учитывали индивидуальные запросы того или иного предприятия, чтобы отзывы потребителя позволяли разработчикам оперативно совершенствовать продукт и наращивать его функциональность. Иными словами, мы отвечаем за то, чтобы была сформирована безукоризненная система применения продукта, поскольку в конечном счете это единственный путь к повышению конкурентоспособности наших цифровых продуктов и реальной технологической независимости отраслей.

Другие новости